Перейти к основным материалам

Перейти к содержанию

Теперь я несу не смерть, а мир

Теперь я несу не смерть, а мир

 Теперь я несу не смерть, а мир

РАССКАЗАЛ ТОСИАКИ НИВА

Бывший камикадзе, которого во время Второй мировой войны готовили к атаке американского военного корабля, вспоминает о том, что он пережил, ожидая вылета на боевое задание.

КОГДА японские войска были разгромлены у атолла Мидуэй, Япония прекратила захват территорий в Тихом океане. После этого в сражениях с американскими войсками и их союзниками она терпела одно поражение за другим, теряя оккупированные ею территории.

В сентябре 1943 года японское правительство объявило о призыве в армию студентов, которые прежде были освобождены от воинской службы. В декабре прямо со студенческой скамьи я попал во флот. Мне было тогда 20 лет. А через месяц меня стали обучать на летчика морской авиации. И в декабре 1944 года я стал пилотом истребителя «Зеро».

Специальное штурмовое соединение камикадзе

Япония была близка к поражению. В феврале 1945 года участились налеты бомбардировщиков Б-29. Тем временем к Японии приблизился американский экспедиционный корпус, и она стала подвергаться атакам бомбардировщиков, которые базировались на авианосцах.

За несколько месяцев до того Япония решила предпринять последнюю боевую операцию, прибегнув к особой тактике с участием пилотов-смертников. Хотя к тому времени уже стало ясно, что Японии не выиграть войны, это решение оттянуло ее окончание и, несомненно, стоило жизни еще тысячам людей.

Так появилось Специальное штурмовое соединение камикадзе. Названо оно было в честь «ветра богов» — тайфуна, который в XIII веке, согласно преданию, унес в море корабли монгольских завоевателей. К первой атаке были подготовлены пять истребителей «Зеро», каждый с 250-килограммовой бомбой на борту. Пилотам-смертникам предстояло спикировать на корабль противника.

Корпус морской авиации «Ятабе», в котором служил я, получил приказ сформировать специальную эскадрилью смертников. Всем нам раздали анкеты, в которых  каждый должен был написать, готов ли он вступить в ряды камикадзе.

Я считал своим долгом отдать жизнь за родину. Но допустим, я пойду на смерть и атакую противника. Ведь меня могут убить еще прежде, чем я долечу до цели. И тогда я погибну напрасно. Была бы довольна моя мать, если бы я ушел из жизни, не исполнив своих обязанностей перед семьей? Мне стоило немалого труда убедить себя, что я не могу распорядиться своей жизнью лучше, чем став добровольцем-смертником. В конце концов я так и поступил.

В марте 1945 года была сформирована первая эскадрилья Специального штурмового соединения «Ятабе». В нее взяли 29 моих товарищей, а меня — нет. Они прошли специальную подготовку, и в апреле им предстояло вылететь с воздушной базы в Каное в префектуре Кагосима, чтобы погибнуть, выполняя свое боевое задание. Я зашел к друзьям, прежде чем их отправят в Каною. Мне хотелось узнать, что они чувствуют перед тем, как пойти на смерть.

«Да, мы погибнем,— спокойно сказал один из них.— Но ты не спеши умирать. Если кто-то из нас останется в живых, он должен рассказать другим, как важно ценить мир и отстаивать его».

14 апреля 1945 года мои товарищи вылетели на задание. Проходили часы, мы все напряженно слушали радио, надеясь узнать о результатах операции. Но вот диктор сказал: «Первая эскадрилья Специального штурмового соединения камикадзе спикировала на морской экспедиционный корпус противника, находившийся к востоку от острова Кикай. Все погибли в бою».

«Ока» человек-бомба

Через два месяца меня перевели в корпус морской авиации в Коноике и определили в Специальную штурмовую эскадрилью «Дзинрай», что значит «божественный гром». Эскадрилья состояла из самолетов берегового базирования (называемых штурмовиками), истребителей сопровождения и палубных бомбардировщиков.

На борту каждого самолета — двухдвигательного штурмовика — находилась «Ока» (что значит «цветок вишни»), которая символизировала молодых летчиков, готовых пожертвовать своей жизнью. «Ока» представляла собой рассчитанный на одного пилота ракетный планер весом 440 килограммов с размахом крыльев 5 метров. В его носовой части размещалось около тонны взрывчатого вещества.

Когда штурмовик приближался к цели, пилот садился в «Оку», которая затем отделялась от несущего ее самолета. Пролетев немного с помощью трех реактивных двигателей, каждый из которых действовал в течение 10 секунд, «Ока» врезалась в объект  атаки. Неслучайно ее называли человек-бомба: после того как она вылетела, пути назад уже не было.

Во время учений пилоты «Оки» садились на истребитель «Зеро» и пикировали на цель с высоты около 6 000 метров. Я несколько раз видел, как пилоты при этом погибали.

Еще до того, как меня перевели в штурмовую эскадрилью, на задание вылетела первая группа. Она состояла из 18 штурмовиков с «Окой» на борту, их сопровождали 19 истребителей. Штурмовики были тяжелыми и двигались медленно. Ни один из них не долетел до цели: все они, а также сопровождавшие их истребители были сбиты американскими самолетами.

Поскольку в эскадрилье «Дзинрай» больше не осталось истребителей сопровождения, в дальнейшем надо было обходиться без них. Никто из отправившихся в боевой вылет после этого, не вернулся назад. Все погибли в сражениях за остров Окинава.

Окончание военных действий

В августе 1945 года меня перевели в корпус морской авиации в Оцу. Он базировался у подножия Хиэдзан недалеко от города Киото. Ожидалось, что войска США высадятся непосредственно в Японии, поэтому планировалось, что с этой горы пилотируемые смертниками бомбы «Ока» будут атаковать американские военные корабли. На вершине была оборудована площадка для взлета самолетов.

Мы ждали приказ к вылету. Но его так и не последовало. 15 августа, после того как 6 и 9 августа на Хиросиму и Нагасаки были сброшены атомные бомбы, Япония объявила США и их союзникам о своей безоговорочной капитуляции. Война наконец завершилась. Я, к счастью, остался жив.

В конце августа я вернулся в родной город Иокогама, но от нашего дома после налетов бомбардировщиков Б-29 остались одни руины. Мои близкие были в отчаянии. Сестра и племянник погибли во время пожара. Но мы радовались, что по крайней мере мой младший брат вернулся с войны невредимым.

Город лежал в развалинах, есть было нечего. Но я решил продолжить обучение в университете; через год я окончил его и устроился на работу. В 1953 году я женился на Мичико, у нас родились два сына.

Стремлюсь к миру

В 1974 году Мичико начала изучать Библию со Свидетелями Иеговы. Вскоре она стала посещать их встречи и вместе с ними проповедовать. Мне не нравилось, что ее так часто не бывает дома. Но она говорила, что своим христианским служением содействует истинному миру и счастью. И я подумал, что если это так, то мне нужно не препятствовать ей, а наоборот, помогать.

Примерно в то же время я нанял ночными сторожами нескольких молодых Свидетелей Иеговы. Я расспросил их об их организации и служении. К моему немалому удивлению, я обнаружил, что они выгодно отличаются от своих сверстников целеустремленностью и самоотверженностью. Такими они стали благодаря Библии. Как они объяснили мне, среди Свидетелей, живущих в разных странах, не существует расовой дискриминации и они всегда следуют библейской заповеди любить Бога и ближних (Матфея 22:36—40). Они относятся к соверующим, как к своим братьям и сестрам, независимо от их национальности (Иоанна 13:35; 1 Петра 2:17).

«Это просто идеализм,— думал я.— Многие христианские конфессии враждуют друг  с другом. Неужели Свидетели Иеговы — исключение?»

Я поделился с ними своими сомнениями. Эти Свидетели показали мне «Ежегодник Свидетелей Иеговы», в котором рассказывалось, как в Германии во времена нацизма их арестовывали и даже казнили за соблюдение нейтралитета. Это убедило меня в том, что Свидетели Иеговы — истинные христиане.

В декабре 1975 года моя жена приняла водное крещение в знак своего посвящения Богу. Мне предложили по такому случаю начать изучение Библии. Но я не решился, помня о том, что на мне лежит ответственность обеспечивать семью: платить за обучение сыновей и за дом. Семейные мужчины в собрании старались сделать так, чтобы их работа не препятствовала им уделять время семье и собранию. Я полагал, что того же будут ожидать и от меня. Когда мне показали, как можно совмещать христианские обязанности с работой, я наконец решился изучать Библию со Свидетелями Иеговы.

Решаю служить Богу мира

Я изучал Библию уже два года, когда Свидетель, который занимался со мной, спросил меня, не думаю ли я посвятить свою жизнь Богу. Но я еще не был готов к такому шагу, и это не давало мне покоя.

Как-то раз на работе, сбегая вниз по лестнице, я оступился, упал и, ударившись о ступеньки затылком, потерял сознание. Когда я пришел в себя, у меня страшно болела голова, и меня на машине скорой помощи повезли в больницу. Затылок у меня сильно распух, но не было ни трещин, ни внутреннего кровотечения.

Я был так благодарен Иегове за то, что жив! Тогда я твердо решил посвятить свою жизнь Иегове, чтобы исполнять его волю. В июле 1977 года, в возрасте 53 лет, я принял крещение. Мой старший сын, Ясуюки, тоже стал изучать Библию и крестился примерно двумя годами позже.

Я вышел на пенсию лет через десять после крещения. А все то время, пока я работал, я старался, чтобы работа не мешала мне исполнять мои христианские обязанности. Сейчас я служу старейшиной в Иокогаме и много времени посвящаю своему служению. Мой старший сын — старейшина в соседнем собрании, он служит полновременно.

Вместе с другими летчиками из эскадрильи смертников я должен был погибнуть при выполнении боевого задания, но мне посчастливилось остаться в живых и участвовать в распространении «благой вести о царстве» (Матфея 24:14). Для меня это великая честь. Глубоко убежден, что нет большего счастья в жизни, чем служить вместе с народом Бога (Псалом 143:15). В новом мире, который скоро наступит, больше никогда не будет войн — «не поднимет народ на народ меча, и не будут более учиться воевать» (Исаия 2:4).

Если на то будет воля Бога, мои погибшие на войне товарищи воскреснут, и я увижу их снова. Как бы мне хотелось рассказать им о мирной жизни, которой они могут радоваться в раю на земле во время правления Божьего небесного Царства! (Матфея 6:9, 10; Деяния 24:15; 1 Тимофею 6:19).

[Иллюстрация, страница 19]

Я во время службы в морской авиации.

[Иллюстрация, страницы 18, 19]

«Ока» — человек-бомба.

[Сведения об источнике]

© CORBIS

[Иллюстрация, страница 20]

Мои товарищи, которым вскоре предстоит погибнуть. Я (второй слева) — единственный, кто остался в живых.

[Иллюстрация, страница 21]

С женой Мичико и старшим сыном Ясуюки.

[Сведения об иллюстрации, страница 18]

U.S. National Archives photo